«Проводница рассказывала нам, что вода источника славится целебною силою, вкусом и свежестью. Действительно, я такой воды отроду не пивала». Это, пожалуй, самое известное упоминание об источнике. В своих воспоминаниях его оставила Анна Керн, побывавшая в Монрепо в 1829 году. «Она холодна, чиста, как горный хрусталь и много имеет в себе живительного. У источника роскошный куст роз», - писала она через много лет после посещения парка.

Проводницей Анны Керн и ее спутников - композитора Михаила Глинки, литератора Ореста Сомова и близкого
друга Пушкина поэта Антона Дельвига была дочь синьора Мотти, владельца выборгской гостиницы, в которой остановилась Анна Керн с друзьями. Сеньорита Мотти сказала правду: у местных жителей вода источника действительно славилась как обладающая целительной силой - старинное предание наделило ее способностью исцелять глазные болезни.

Есть предположение, что первым названием источника было «Сильмя» («silmä», фин. «глаз»). Тогда понятно почему, создавая Монрепо, Л.Г. Николаи назвал родник «Источник Сильмии». А уже затем появилось название «Нарцисс»...

Возможно, что и предание о возникновении подземного ключа, рассказанное Людвигом Генрихом Николаи в поэме «Имение Монрепо в Финляндии. 1804», есть поэтическое переложение и переосмысление старинной народной легенды.
Вот что рассказал нам поэт Николаи:

«Жила когда-то в этих местах прекрасная нимфа Сильмия. Однажды увидел ее пастух Ларс и полюбил. Но Сильмия его любви не замечала. Обреченный на страдания, проливал Ларс горькие слезы, тоскуя от безответной любви. Никто не знал, в чем причина несчастий бедного пастуха. Только одному, самому близкому другу доверил он свой тайну. Душевные страдания Ларса были так велики, столько слез выплакал он, что в конце концов его поразила слепота. И тогда товарищ, поверенный в сердечных делах друга, разыскал Сильмию и рассказал ей об этом.

Когда нимфа Сильмия узнала, что это она стала причиной всех бед Ларса, то обратилась к Солнцу с просьбой исцелить бедного пастуха. (Вспомним, что, в греческой мифологии нимфы - обладательницы древней мудрости, тайн жизни и смерти, они врачуют и исцеляют). И в то же мгновение из скалы забил чудесный ключ, струящийся на восток. По древним финским поверьям, вода такого источника способна возвращать зрение. Ларс умылся целебной водой, и... вновь белый свет предстал ему во всем своем разнообразии. Ларс стал искать Сильмию, чтобы поблагодарить ее за спасение. Но не нашел... И не мог найти... («О, Солнце, - произнесла Сильмия, - пусть очи, полюбившие меня, снова увидят твой свет!..» И в то же мгновение она превратилась в родник…) Каждый день приходил Ларс к источнику со скромным подношением в благодарность за исцеление... И казалось Ларсу, что в его журчании он слышит голос Сильмии...»

Эта традиция сохранилась. До сих пор принято бросать монетки в небольшой гранитный бассейн, в который грустно глядится бронзовый лев, как приношение нимфе Сильме.
Считается, что только после этого источник обретет целебную силу, и тогда можно умыться его водой, которая поступает из-под земли во второй бассейн, обрамляющий первый.

А название «Нарцисс» источник действительно получил позднее. Скорее всего, это случилось, когда владельцем Монрепо стал Пауль Николаи. Что же касается павильона, украшающего источник, то он был выполнен по проекту Огюста Монферрана в 1820-х годах.

В 1974 году по проекту В.В.Дмитриева проводились реставрационные работы. Были восстановлены решетка (вместо чугунной - стальная с литыми элементами из алюминия) и львиная маска (автор модели Татьяна Архангельская).

 


«Поднимись к вершине Паульштайна, что вдали покажется парящим над скалою. (То сына был любимый уголок, здесь я о нем всечасно вспоминаю)», - так писал Людвиг фон Николаи в поэме «Имение Монрепо в Финляндии» о скальной гряде, которая находится к северо-западу от главного усадебного дома.


«Слева от сада есть красивое поле, примыкающее с одной стороны к такой высокой и крутой скальной стене, что даже косули не могут спускаться по ней», - писал он сыну Паулю в октябре 1788 года. На гребне этой скальной гряды был построен павильон. «Дом получился таким красивым, что мы хотели дать ему свое имя, и мне пришло в голову, что, если бы Ты сюда приехал, то мог бы наверняка выбрать его своим местом проживания и поэтому мы дали ему имя Paulstei (скала Пауля)» (из письма Людвига сыну. Август 1791 г.) А в августе того же года матушка писала Паулю: «Маленький домик, носящий Ваше имя и предназначенный для Вас…очень милый, привлекательного вида, но чтобы сделать его для Вас ещё более приятным, там был разбит маленький сад, который Вы сможете устраивать на свой вкус».


К павильону был устроен пандусный подъем по самому краю скальной гряды, которая возвышается над центральной поляной. А рядом -  маленький пруд. Стены его выложены обломками гранита. На вытянутом полуостровке предполагалось построить «увеселительный домик».А в саду около Паульштайна Людвиг распорядился посадить «розы и резеду, так, чтобы в дом всегда проникал хороший запах».Самые лучшие цветники парка располагались именно рядом с Паульштайном, где не было угрозы переувлажнения, а территория прекрасно защищалась от ветра с залива.


Каким-то планам так не суждено было осуществиться, павильон «Паульштайн», увы,утрачен в 1940-е годы. Но на террасе Паульштайна, как и прежде,устроен маленький садик, высажены кусты акации, сирени.

 

 

 

 


Конец XVIII в.
(Павильон не сохранился).
В европейских пейзажных парках английского типа со второй половины XVIII века были очень популярны китайские мотивы. Эти модные веяния коснулись и Монрепо. В восточной части парка на холме была возведена видовая башня в форме китайской пагоды, названная Мариентурм («башня Марии») в честь императрицы Марии Фёдоровны. Вполне возможно, что дата появления её относится к периоду, когда имением владел брат будущей императрицы, а тогда ещё великой княгини – выборгский наместник Фридрих Вильгельм Карл Вюртембергский – а именно, к 1784-86 гг.
Это был деревянный двухэтажный павильон с обходной галереей, внешней лестницей и видовой площадкой под вторым ярусом кровли. Стены снаружи были украшены геометрическим орнаментом; на верхушке шпиля красовался дракон - особо почитаемое в Китае священное мифическое животное. Внутреннее убранство павильона включало в себя скульптурные изображения, в том числе – императрицы Марии, а также росписи стен, выполненные, как гласит предание, по ее эскизам в «помпеянском» стиле. Этот стиль вошёл в моду после археологических раскопок Геркуланума и Помпей и был основан на образцах найденных там росписей.
С верхней видовой площадки павильона Мариентурм открывался живописный вид как на водное пространство и противоположный берег, так и на обрывы скальной гряды, спускающиеся к прибрежной равнине.
На месте беседки сегодня можно видеть лишь её фундамент
 

Восточный мудрец Вэнь Чженьхэн говорил: «Один валун должен явить красоту тысячи пиков». Такой красавец-валун есть и в парке Монрепо. К нему приведет тропинка, которая уходит вправо от входных ворот. На этом каменном Гулливерекогда-то была устроена видовая площадка. На площадку вела деревянная лестница, а украшением площадки был деревянный «Китайский зонтик», под которым были установлены скамеечки. Там можно было отдохнуть, укрыться от солнца в жаркую погоду, осмотреть с высоты окрестности парка. Оттуда открывалсяпревосходный вид не только  на саму усадьбу, но и на город, и даже на выборгский замок.


Этот «Китайский зонтик» – первая постройка Пауля Николаи в Монрепо.Это стало сюрпризом для отца. Людвиг писал в августе 1798 года: «Уже при въезде меня приятно поразил твой китайский шампиньон на большом камне. Это хорошая, умело выполненная идея».


Давно уже нет Китайского зонтика на большом камне, да и выборгский замок вряд ли будет виден с этой площадки. Но по-прежнему Валун (именно так – с большой буквы!) является прекрасным ориентиром для всех людей, подходящих или подъезжающих к Монрепо. И по-прежнему дорожка, которая буквально упирается в камень-исполин, приводит путника на ступишинскую аллею парка.

 

 


В 1778 году Людвиг Николаи опубликовал стихотворение «Das Landgut» («Усадьба»), которое  заканчивается пожеланием, чтобы рядом с его сельской усадьбой был бы остров, а на острове палатка, к которой он бы приплывал на лодке с любимой. Через 10 лет Николаи приобрел имение Монрепо, которое располагается на большом острове Твердыш и на крошечных островках, отделенных от основной части имения узкими протоками. В восточной части парка такие островки образуют архипелаг: они расположены недалеко друг от друга и соединяются между собой легкими «китайскими» мостиками.


Один из островков носит название Остров Палатки или Палаточный остров. Он соединен с парковой территорией специально построенной дамбой. С этого острова открывается роскошный вид и на усадьбу, и на акваторию залива Суоменведенпохья.  При благоустройстве острова на нем был построен пирс и павильон Турецкая палатка.Местным жителям эта восточная экзотика явно пришлась не по душе, потому что Турецкую палатку непочтительно называли «кадушкой для теста».


Недавно в Ленинградской области был объявлен конкурс фотографий «Самый красивый закат в Ленинградской области».  По мнению жюри, наиболее живописными  стали панорамы на Финский залив с пляжа в Сосновом Бору, закат на берегу пруда в Тихвине около Успенского монастыря и закат в парке Монрепо. На этих местах, откуда открываются панорамы самых красивых закатов, установлены «скамейки счастья». Такая счастливая скамейка в Монрепо находится на Палаточном острове. Усаживайтесь поудобнее и любуйтесь красотой заходящего солнца на Острове Палатки!

 


Павильоны по античным образцам являлись обязательными для пейзажных парков восемнадцатого столетия. Часто владельцы парков посвящали их различным добродетелям - благочестию, милосердию, дружбе, верности. Вот и храм в Монрепо изначально был назван Л.Г. Николаи Храмом благочестия. Во внутреннем пространстве храма им была установлена скульптурная группа, изображавшая римскую богиню Пиетас с младенцем на руках - символ благочестия и родительской любви. А рядом с храмом, на постаменте, украшенном фигурами дельфинов, -мраморная скульптура Нептуна. Позже (точное время неизвестно) Нептун с дельфинами был перенесен в храм и его стали называть Храмом Нептуна.

В 1948 году обветшавший храм был разобран. По инициативе общественной организации «Pro Monrepos» в 1999 году Храм Нептуна был восстановлен и занял свое историческое место. Летом 2011 года новый храм был уничтожен пожаром.

В 2018 новый храм был воссоздан по инициативе и на средства петербургской компании ООО "ЛВЛ Конструкции". Это дар парку Монрепо от предприятия.


Хижина отшельника - скромная деревянная постройка, напоминавшая о простой благочестивой жизни. Стены Хижины выложены из березовых бревен, (ранее -  были украшены иллюстрациями) из Библии, крышу увенчивала башенка с подвешенным на ней деревянным колокольчиком. Подобные постройки были весьма популярны в парках концаXVIII века. Известно, что в некоторых парках даже специально нанимали старцев, которые за скромное вознаграждение жили в таких хижинах, изображая отшельников.

 


Гранитное ущелье со скульптурой Вяйнямейнена, главного героя карело-финского эпоса «Калевала», служит естественным продолжением этого самого «каменного» участка парка.

Вяйнямейнен – герой Калевалы 

Обошел все карельские скалы:

О скалу ударяя скалой, Высекал он сосну за сосной!

Словно молнии – в черных тучах

Сосны-искры – в скалах могучих!

Он из мхов, что кругом зеленели,

За макушки вытягивал ели...

Впервые знаменитый рунопевец появился в ущелье в 1831 году. Его автором стал датский скульптор Готтхельф Боруп. Гипсовый Вяйнямейнен Борупа стал известен тем, что был установлен за четыре года до выхода  в  свет  первого  сборника  Калевалы.    Он  был одет как античный герой, - в короткую римскую тунику, а в    руке держал инструмент, похожий на кифару - ведь никто точно не знал, как должен выглядеть герой северных сказаний.

В    1871 году статую разбили вандалы. В 1873 году на месте утраченной появилась новая статуя Вяйнямейнена работы финского мастера Иоханнеса Таканена. Вторая скульптура была выполнена из цинка, но отличалась от первой не только этим... Чтобы представить себе, как выглядел рунопевец в    исполнении Иоханнеса Таканена, вам достаточно посмотреть на скульптурное изображение, находящееся перед вами... Нет - это не тот Вяйнямейнен. Скульптура работы Таканена была разбита в годы Второй мировой войны. Но в 2007 году она была воссоздана (по сохранившимся фотографиям) петербургским скульптором Константином Бобковым.

Почему же ущелье, в котором стоит Вяйнямейнен, называется ущельем святого Николая, а не Вяйнямейнена? Потому что Людвиг Генрих Николаи хотел поставить в нем скульптуру святого Николая - покровителя рода Николаи, и назвал ущелье его именем. Но при жизни Николаи скульптура так и не была установлена. Когда же владельцем Монрепо стал Пауль Николаи, он решил поставить статую героя Калевалы, а название ущелья оставил прежним. Поэтому правильнее говорить: Вяйнямейнен в ущелье святого Николая.

 


Архитектор – Чарльз Хиткот Тэтам.

При Людвиге Генрихе Николаи скала увенчивалась Храмом Амура. Внутри храма стояла скульптура Амура, а саму скалу Николаи назвал Левкадской. Левкада - греческий остров. Как гласит предание, с одной из его скал бросилась в волны Ионического моря поэтесса Сапфо. Она рассталась с жизнью, если верить легенде, из-за молодого корабельщика Фаона, отвергшего ее любовь.

В 1827 году вместо обветшавшего деревянного храма на скале появился обелиск из серо-зеленого мрамора. В    это время Монрепо принадлежало Паулю Николаи. Единственный ребенок Людвига Генриха и Иоганны Маргареты – Пауль - многое сделал для Монрепо. Всю свою жизнь Пауль Николаи посвятил дипломатической работе. Выйдя в отставку в 1847 году в чине действительного тайного советника, он поселился в Монрепо. При нем парковый ансамбль обрел свою завершенность. Многие парковые объекты появились в Монрепо при Пауле Николаи. Мраморный обелиск на Левкадской скале - один из них.

Обелиск поставлен в честь братьев де Бройль. Пауль Николаи был женат на Александрине Симплиции (в девичестве де Бройль). Два брата Александрины Симплиции служили в русской гвардии: старший (Огюст-Сезар) в Преображенском полку, младший (Шарль-Франсуа) - в Семеновском. Оба брата погибли в сражениях эпохи наполеоновских войн: Огюст-Сезар - в1805 году под Аустерлицем,  Шарль-Франсуа  - в 1813 году под Кульмом.

В ниши постамента вставлены мраморные плиты с надписями на латинском языке: на северной и южной стороне надписи посвящены Александру I и установке обелиска Паулем Николаи, на восточной и западной - братьям де Бройль. В надписях употреблено латинизированное написание их имен: Август и Карл Броглио, поэтому обелиск носит название «обелиск братьев Броглио». Восточная плита, посвященная Огюсту-Сезару, утрачена. Не сохранились и установленные в основании обелиска барельефы, изображавшие рыцарские шлемы.

Александрина Симплиция Николаи скончалась в 1824 году. Обелиск на Левкадской скале также напоминал Паулю о его рано умершей супруге. Левкадская скала - одна из видовых точек парка. С ее вершины открывается один из самых красивых парковых видов. Если вы захотите подняться на Левкадскую скалу, это можно сделать, обойдя ее со стороны залива или по тропинке от Главного усадебного дома. Необходимо помнить о безопасности: будьте осторожны, не подходите близко к краю скалы, даже в теплую сухую погоду это небезопасно.

 


Китайский мостик приведет вас на остров Колонны. На острове, среди старых елей и сосен, на насыпном холме, на высоком пьедестале «растет» мраморная колонна, поставленная в честь императора Павла I и его сына, императора Александра I. «Цезарь подарил нам этот покой», гласила надпись на латинском языке, сделанная на плите, вмонтированной в цоколь колонны. Надпись - перефразированная цитата римского поэта Вергилия, одного из любимых поэтов Людвига Генриха Николаи. Так барон отметил благодеяния двух императоров, цезарей, благодаря одному из которых он оказался в России, стал президентом Академии наук, был отмечен многими наградами, и второго - закрепившего своим указом Монрепо как потомственное имение рода Николаи.

 

 

 

Страницы